Семейная ссора Маши Распутиной не спадает. Из-за тяжб супруга с экс-супругой певица рискует потерять загородный дом, обжитой за двадцать лет. Тем не менее, дело имеет нюансы. Юлия Вербицкая-Линник, адвокат, поделилась сценарием, когда жильё сохранится за Марией и её мужем.
— Несмотря на то, что спорный дом может быть и описан, и реализован, так как де-юре он является совместной собственностью бывших супругов Захаровых, де-факто из перечня совместно нажитого имущества (и, соответственно, раздела) может быть исключен, — уверяет Юлия Вербицкая-Линник, адвокат, к.ю.н.
— Такое возможно, как минимум, в двух случаях, — продолжает адвокат. — Во-первых, если удастся доказать что спорный дом, земля и неотделимые улучшения были личным имуществом Захарова, то есть подарены, унаследованы им или иным образом приобретены по безвозмездным сделкам. Во-вторых, если этот дом был куплен или существенно перестроен Захаровым в период, когда брачные отношения с первой супругой были фактически прекращены и семьи, совместной жизни и совместных трат де-факто не существовало.
— Важно понимать, что каждый из этих случаев подлежит доказыванию в судебном порядке, а принцип гражданского процесса – состязательность, — объясняет Юлия. — Таким образом, если Мария докажет, что денежные средства от продажи ее личного имущества были вложены в спорный дом, то есть фактически подарены Захарову, изменение долей может быть существенно изменено. А если дом будет признан собственностью Захарова и его бывшей жены, то и долги перед Машей являются их (Захарова и его первой жены) совместными.
Отметим, что сама Мария рассказывала «МК», что лично занималась ремонтом дома, вложив в него средства, полученные от продажи собственного особняка в Крекшино, где она жила до знакомства с Захаровым.
— Это наш дом, — говорит певица. – Двадцать шесть лет мы в нем прожили! Я его выпестовала. Там каждый, как говорится, плевок мой в этом доме.
По словам звезды, в спорном загородном доме живёт четверо: сама Распутина, её супруг, их общая дочь и дочь певицы от первого брака, имеющая инвалидность. Мария настаивает, что этот особняк — их единственное жильё.
